evia_kevin (evia_kevin) wrote,
evia_kevin
evia_kevin

Модный диагноз

Читаю книгу "Аспи-девочки" и кажется, что голова у меня, как у тех собачек -- на пружинке. И каждый абзац -- как легкий щелчок пальцем по лбу: ага-ага, точно-точно...
Нет, я уже давненько что-то такое... Подозревала.
В детстве же знала точно: я -- не такая как все. Иногда это знание пугало, иногда огорчало, чаще же радовало. Обещало мне и судьбу такую... Необычную, не как у всех. А как в книгах вот, или в фильмах, сюжеты которых я воспринимала буквально. И не понимала -- почему же никто, кроме меня не мечтает встать во весь рост под град пуль с барабаном или красным флагом... Не бежит а Америку освобождать негров из рабства, не распевает во все горло, встречая рассвет.

Не понимала, почему воспитатели в детском заду смотрят брезгливо, а учителя в школе, которые вот только что восхищались скоростью моего чтения, теряют ко мне интерес, как только я начинаю что-то рассказывать, а потом и вовсе ставят тройки. Не двойки -- все же, кажется, не совсем дура, и из приличной семьи.

Но родители друзей не очень довольны, когда видят своих детей в моей компании, и остаются со мной дружить только самые отважные. Но и они не всегда до конца понимают мою "загадочную душу", и я счастлива, если они прощают мне мои закидоны и остаются.

Да что там, даже родная и любимая бабушка, которая кормит меня пирожками и слушает часами мою чепуху, участливо интересуется, как часто у меня болит голова, и осторожно намекает, что, может быть, не стоит мне так много читать... Да и в школу ходить, наверное, не надо бы.

Потом, с годами, прочитав тысячу книг и таким образом прожив тысячи жизней, я многое наверстаю, научусь понимать людей, и буду даже способна помочь им понять самих себя -- но они меня понимать так и не научатся. Какое счастье -- когда тебя понимают... Или принимают. Или хотя бы слушают и слышат.

В юности встреча с настоящим живым шизофреником напугает, я, боясь показаться "ненормальной" ( чем раньше даже гордилась) замолчу надолго ( кому вообще интересны мои бредни?!). Конечно, друзья, родные, никто этого не заметит, ведь им я могу доверять: даже если не понимают меня, они знают меня. Но не незнакомцы, не малознакомцы, не педагоги, уж тем более не противоположный пол. Не могу связать двух слов -- да что там, не могу вытолкнуть из себя ни слова. Не могу пошевелиться, рядом с любимым человеком меня и вовсе парализует. При этом внутри плещется обида: как же он не видит, какая я... Особенная! Не такая как все... Лучше! Только я могу любить, как в кино, или книгах, или песнях, и стихах. Но губи кривятся, тело сковано, о взгляде в глаза не может быть и речи.

"Не смотрит в глаза -- значит врет!" -- оо, я прекрасно знаю эту фразу, мучаюсь, пытаюсь в разговоре смотреть на собеседника, но под взглядом любой пары глаз тушуюсь, сбиваюсь с мысли, потеют вечно холодные руки, а в голове скачут глупые мысли: в какой глаз лучше смотреть -- в левый или правый?..

Ох, юность... В теле жарко от эротических фантазий, а взгляд не умеет выражать даже искорку интереса. Недаром меня обходят стороной мужчины. Хотя нет, чего это я... Выпив, очевидно, для храбрости, некоторые себе позволяют. Да вот только я то им не позволяю ничего: терпеть не могу пьяных. Запах сигарет, алкоголя, одеколона или даже пота -- слишком сильные запахи. Щетина колется, поцелуи слюняво-мерзкие. Одно разочарование.

Хочется уметь делать хоть что-то кроме чтения и письма. Обожаю театр, занимаюсь в театральной студии. Как занимаюсь -- сижу в зале и наблюдаю за другими. Точно знаю, как надо играть. Режиссер видит это по моим реакциям. Он со мной даже солидарен в этих реакциях. "Выходи на сцену, не бойся!.." И он, как все учителя, быстро теряет ко мне интерес. Я вижу, слышу, я чувствую, я знаю, как надо. Я могу показать другому, как надо. Могу объяснить. Но сама я не сыграю: сковано тело, не выразительно лицо, монотонен голос.

Я вижу это и сейчас, когда пересматриваю сказку, в которой сыграла одну из главных ролей, уже здесь, несколько лет назад. С грустью смотрю. Было весело: я нашла эту сказку, предложила, помогала ставить. Мы делали костюмы и декорации, мы репетировали, мы танцевали и подпевали... Я была по-настоящему счастлива, проживая эту роль на сцене. А потом увидела себя на экране. Вся та кипучая энергия, искрящаяся радость -- все это было внутри меня. Снаружи же осталась та нелепая, сутулая, близорукая девочка с тихим невыразительным голосом. Только уже не девочка.

Век интернета подарил мне ту жизнь, о которой я только мечтать могла в детстве: неиссякаемый источник знаний, люди, которые меня понимают, принимают, слушают ( или читают) и слышат, люди, которые тоже, оказывается, любили те самы книги и фильмы. Возможность общаться, быть самой собой, и в то же время -- лучшей версией себя.

И диагноз, который я "поставила" в момент отчаяния собственному сыну. А потом мужу. И все стало вдруг обретать смысл -- то, что раньше казалось каким-то абсурдом. А потом я наконец сказала вслух и о себе: у меня -- синдром Аспергера.

Конечно, мне никто не поверил. Что ж, я прекрасно адаптировалась, значит. Можно сказать, история успеха. Но она будет для меня такой еще не скоро. Я не знаю, хватит ли у меня сил помочь мужу -- и вообще, если это в чьих либо силах. Но я должна помочь сыну.

А это я. Мне здесь столько же, сколько Фрэнку сейчас.
Tags: bee-happy!, Фрэнк, Я мои друзья и наши дети, а жизнь продолжается, дневничок, злоба дня, и о погоде, неожиданненько, птички шизокрылые..., театр, тоже люди, я тоже
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 21 comments