evia_kevin (evia_kevin) wrote,
evia_kevin
evia_kevin

Литературный проект "365 дней": ДЕНЬ #150

ТЕМА ДНЯ:

Напишите историю пропажи бриллиантового колье.


12189071


Пропавшее колье

Евгения и Ирен одновременно вбежали в залу, где у камина застыла в кресле неподвижная фигура. Их подруга, никогда не сидящая на одном месте, порхающая, как легкая разноцветная бабочка, веселая Лючия, была бледна и неподвижна, будто статуя, в которой отчаявшийся скульптор попытался отразить ее живую сущность -- и не смог. 
Евгения подбежала к Лючии, опустилась на колени возле ее ног, взяла ее холодные руки в свои и несильно встряхнула, выдохнула, заглядывая подруге в лицо снизу вверх:
-- Что?!.
Ирен встала у нее за спиной, всегда  суровая и серьезная, сейчас она воплощала собой разгневанную богиню: казалось, одним движением руки она способна лишить жизни того, кто посмел обидеть ее подругу. 
-- Кто? -- глухо спросила она. 
Губи Лючии дрогнули, словно очнувшись, она посмотрела по очереди на обеих девушек, которые появились перед ней так неожиданно, хотя она сама посылала за ними. 

-- Мое...колье... -- прошептала она. Она медленно и аккуратно вытянула свои ладони из рук охнувшей Евгении и коснулась горла -- того места, где должно было находиться колье. Теперь уже три статуи застыли у угасающего камина, три бледные, окаменевшие от ужаса фигуры. Ирина хмурила прекрасные брови, Евгения кусала губы, Лючия судорожно вздохнула. Таким же медленным жестом Ирен, наконец, подняла свою руку к груди и пробежалась  пальцами по сапфирам и бриллиантам, украшавшим изящный, но довольно крупный крест, спрятанный под воротником ее платья. Евгения нервно крутила перстень с крупным гранатовым камнем, который она носила на указательном пальце левой руки.

Для каждой девушки украшение было не просто дорогой и любимой безделушкой. Охранная грамота, отличительный знак, мощное оружие, рекомендательное письмо и пароль -- всеми этими чудесными  свойствами  обладали их драгоценности. И потеря колье была едва ли не ужаснее потери самой жизни. 

Первой опомнилась Евгения. 
-- Рассказывай, -- мягко, но властно сказала она подруге, поднялась с пола и отступила к почти погасшему камину. 
Ирен невозмутимо шагнула туда же и поворошила тлеющие угли. Разбуженное пламя нехотя шевельнулось и вспыхнуло, дрова в камине весело затрещали. Лючия вскочила с кресла и зашагала взад и вперед по комнате, прижимая руки к вискам.

-- Я была на вечере у мадам Нинон де Ланкло. Там читали новую пьесу, -- Люсия слегка покраснела. -- Колье было на мне, как обычно. После вечера Пьер подал мне карету, и я отправилась домой. Меня, наверное, укачало в дороге, а может быть, вино было слишком крепким. Я проснулась уже у самого дома, когда Пьер раскрыл передо мной  дверцу и помог спуститься на землю перед моим домом. Я прошла сразу в спальню, позвала Агату и стала готовиться ко сну, и тут, снимая кольца и серьги, я глянула на себя в зеркало и не увидела колье... Тогда я поняла, что чувствовала какое-то неудобство уже некоторое время: ведь я не расстаюсь с ним никогда, даже на ночь снимаю его сама  и кладу под подушку...

Лючия остановилась и по очереди взглянула на обеих подруг. 
-- Я не знаю, когда оно пропало... -- Медленно произнесла она в звенящей тишине. -- я сразу вызвала, конечно, Пьера. Он уверяет, что мы нигде не останавливались. Агата не успела ко мне даже прикоснуться, да и я доверяю им обоим. 

Ирен и Евгения переглянулись.
-- Карета, -- произнесла Ирен задумчиво. 
-- Карета?! -- Евгения бросилась к двери. -- Пьер, Пьер! Где карета?!
Услышали подруги ее отчаянный зов, и бросились следом. 

У конюшни под навесом топтался бедняга Пьер. Он очень устал и мечтал завалиться спать еще в тот момент, когда распахивал дверцу экипажа перед своей хозяйкой, не спешившей покинуть странный дом на улице Турнелль. А потом он едва не уснул на козлах, во всяком случае, на одном из поворотов карету так занесло налево, что если бы не новейшее изобретение известного мастера Жанто, она непременно бы упала на бок. Пьер едва удержал лошадей, выровнял экипаж и перевел дух, ожидая брани в свой адрес. Но прекрасная хозяйка молчала, из чего Пьер сделал вывод, что вино, которое наверняка подавали у Ланкло, действительно такое крепкое, как о нем говорят. Молча позавидовав безмятежному сну госпожи Лючии, Пьер старался, однако, больше не дремать. Но подавая руку мадам и провожая ее до дверей особняка, Пьер все так же мечтал поскорее расправиться со своими обязанностями и отправиться к себе в комнату спать.

Когда через пол-часа мадам Лючия призвала его к себе с вопросами о пропавшем колье, бедняга не мог сообразить, что произошло. Расстроенный смертельной бледностью и явным горем госпожи, он отправился к карете, осмотрел ее изнутри, ощупал руками каждую складку тисненой испанской кожи, которой были обиты подушки , защищавшие изнутри стены сиденья экипажа. 

Колье в карете не было. Пьер прошел  в конюшню к лошадям. Те мерно жевали овес и переступали копытами. Каково же было изумление верного слуги госпожи Лючии, когда вдруг при свете луны, заглянувшей в окошко конюшни, на копыте одной из лошадей что-то сверкнуло! Не веря своим глазам, Пьер шагнул к белоснежной  кобыле, осторожно приподнял ее переднюю ногу и снял с нее драгоценное колье госпожи Лючии! 

Каким образом украшение переместилось с шеи госпожи на копыто лошади, бедняга Пьер вообразить был не в силах. 

И вот теперь слуга  топтался у конюшни, не зная, что же ему предпринять: побежать утешить скорее хозяйку, вернув ей драгоценность, или попытаться сначала отмыть или очистить колье от грязи и запаха конского навоза. Тут и налетела на него в темноте Евгения. Отпрянув, Евгения употребила парочку слов, достойных солдат армии Генриха IV, но никак не юной леди. Внимательно вглядевшись в бледное и несчастное лицо Пьера, при свете луны казавшееся маской Пьеро, Евгения молча протянула руку. 

Спустя пол-часа три подруги громко смеялись, обсуждая собыятие, сидя за накрытым в полночь столом. Ярко горели свечи, пламя в камине весело плясало. Пьер, позабывший о своем недавнем желании сладко проспать всю ночь, бегал в погреб и обратно, поднося вино и закуски, стремясь загладить свою вину перед молодой госпожой. Евгения шутила, что необходимо заказать известному художнику портрет белоснежной кобылы с драгоценным колье над копытом. Ирен советовала обратиться к хорошему ювелиру, который смог бы так переделать застежку, чтобы она никогда больше не расстегивалась. 

--  Мой Крест со мной всегда, -- в подтверждение своих слов Ирен продемонстрировала жемчужное ожерелье, на котором крепился усыпанный драгоценными камнями крест. Его действительно было невозможно снять. 
-- И чищу я его сама, не снимая, -- спокойно продолжила  Ирен. -- Это не так уж трудно при определенном навыке, а спать он мне не мешает. 

-- Да, -- задумчиво подтвердила Евгения, покручивая вокруг пальца перстень. -- Я тоже не снимала кольцо ни разу с тех пор, как получила его. 

-- Что ж, -- вздохнула Лючия, -- думаю, вы правы. После сегодняшнего потрясения я готова пришить его к своей шее, чтобы больше никогда не потерять. 

Через несколько месяцев слуга Евгении Реми принес госпоже Лючии большую картину, завернутую в лионский шелк. К шелковой обертке была приколота  записка: «Советую повесить в зале над камином!» 

Мадемуазель Лючия развернула подарок и прыснула со смеху: на картине была изображена ее любимая белоснежная кобыла Перли, с важно поднятым копытом, а перед ней преклонял колено некто, весьма напоминающий слугу Пьера. Этот некто держал в вытянутой по направлению к лошади руке сверкающее  украшение. 




  
Tags: 365, литературный флешмоб
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments