evia_kevin (evia_kevin) wrote,
evia_kevin
evia_kevin

Спирик

ТЕМА ДНЯ:
Сегодня вы случайно встретили одноклассника , который сильно обижал вас в школе. Опишите ваши чувства и действия.

Мальчика описываю настоящего. Ситуация -- в рамках флешмоба, выдуманная.

Что-то давно нет автобуса. Холодно так на улице, и темнеет уже. Ага, вон там что-то едет. Двадцать восьмой. Эх, конечно, лучше бы уж восемьдесят четвертый – он едет почти до самого дома, а  так придется   еще через березовую рощу бежать. Но уж  очень холодно стоять и ждать, лучше  я сейчас в автобусе согреюсь, а потом пробегу, чем тут мерзнуть. Да и когда еще этот восемьдесят четвертый придет!

Ого-го, ну и толпа! Ладно, главное протиснуться сейчас вон туда, ближе к заднему стеклу, чтобы не вынесли на следующей остановке. Так, простите, извините, и вы подвиньтесь, а я вот сюда, и еще немножко... Ух! Ура! Я у окна, толпа сзади тоже перестала колыхаться и давить...  Поехали!  Ногам все еще холодно, кончики пальцев на руках горят от мороза. Но в автобусе тепло, к спине прижало тетеньку в шубе, от нее тоже тепло. Хорошо. Зато через пол-часа буду дома.

Автобус тряхнуло на повороте, толпа качнулась, и ко мне вытолкнуло какого-то дядьку в кепке  и искусственной  дубленке. Он уцепился красной рукой без перчатки за поручень прямо у меня перед носом, от руки  пахло табаком. Ну, хоть не перегаром, и на том спасибо. Автобус снова тряхнуло, теплая шуба сзади ушла куда-то вбок, вместо нее мне в спину уткнулось чье-то острое плечо. Я подвинулась, мужик тоже шагнул в сторону, уступая  мне место. «Ээ, ты там, не толкайся! Видишь, девушка тут стоит!»  -- он положил вторую руку на поручень, и я оказалась в его «объятиях». Вот уж спасибо, этого еще мне не хватало. Но он невозмутимо смотрел в окно, только сдерживая напор толпы своей широкой спиной: между его руками, его телом и окном я оказалась во вполне комфортном неприкосновенном положении. Конечно, не очень приятно  было от того, что незнакомый мужик, воняющий  сигаретами,  держит меня в кольце своих рук. Но он не прижимался, не приставал, не говорил ничего и даже не пыхтел мне в ухо: так чего же мне было выпендриваться? Как говорится, человек к тебе со всей душой.  «Спасибо!» -- пробормотала я, и заглянула ему в лицо. «Угу» -- кивнул он, продолжая довольно равнодушно смотреть в окно.   А у меня перехватило дыхание.

Спирик.  Это был Спиридонов – кошмар моего детства. Моего и моей подруги Ольки. Его перевели в наш класс из второго «Ж». Ходили слухи, что перевели после того, как  он толкнул одну девочку так, что она упала на батарею и сломала ребра. Родители ее потребовали убрать его из их класса. Ну да, а куда? Конечно, к нам, во второй «Г»! Как будто нам своих хулиганов было мало. Спирик был не просто хулиган, он был хулиган «без царя в голове», как говорила наша учительница. Он бил, не глядя, кого бьет и как. Девочку, так девочку, первоклашку, так первоклашку, пятиклассника, так пятиклассника. Даже учительнице труда от него однажды досталось.  Учился он плохо, точнее, совсем не учился. Курить начал в  третьем  классе. Разговаривал исключительно матом.

Прошло... Сколько же лет? 25? 30?..  Холод, который пронизывал меня насквозь на улице, на остановке, пока я ждала автобус, вернулся. Но я знала, что это был другой холод: это был страх,   то самое ощущение, которое описывали в книгах как «стынущую в жилах кровь». И это было давно забытое мною ощущение.  Квадратное красное лицо, пустые глаза. И злость – откуда столько злости было в маленьком мальчишке?.. Куда же он потом делся? Все наши хулиганы как-то испарились, когда мы перешли в шестой класс, и мы их больше никогда не видели. И не хотели ни видеть, ни слышать о них ничего. Все, что мы с Олькой вспоминали о них с тех времен, это как мальчишки устраивали «кучу-малу» , в которой они все одновременно друг с другом боролись, а мы тогда подскакивали и со стороны давали то пинка, то тычка, то дергали кого-нибудь за вихры. И со сладостным  чувством  свершившейся мести убегали.

Я опустила глаза на красные кулаки без перчаток, вцепившиеся в поручень по обе стороны от моего тела. У меня свело плечи --  мышечная память быстренько  ввела в напряжение мышцы: чтобы кулаком не попал в грудь или живот, надо ловко повернуться боком и подставить  под удар плечо. Плечи у нас, девчонок, к пятому классу были железобетонные!  На секунду у меня в голове пронесся четкий и ясный план действий: я бью его затылком  в подбородок, локтями резко ударяю по рукам, а каблуком  лягаю в колено... Или между ног – как повезет. ... Боже мой! Я нервно рассмеялась про себя. Вот это реакция! Вот он удивится моему способу поблагодарить его за защиту от толкающегося народа в переполненном автобусе.

Стоп... А это что у него на руке? Неужели обручальное кольцо?.. Так этот монстр еще и женат? Я тупо уставилась на кольцо на безымянном пальце. Бедная женщина -- его жена! Мое  воображение живо нарисовало мне  забитую женщину с синяками на лице, с тихим голосом и глазами в пол, бесшумно и ловко подносящую ему  бутылку открытого пива и стоящую рядом с диваном, ожидая его ленивого приказа.... сигаретку там подать, или ужин поднести.

Я уже забыла про толпу в автобусе, которая как штормовая волна то обрушивалась на нас (а точнее, на спину Спиридонова), то отступала. Мне-то было вполне удобно  и свободно стоять под его защитой. Но в моих глазах было темно, сердце гулко стучало, а кровь больше не стыла в жилах: наоборот, пульсировала в висках, щеки мои горели,  а мысли прыгали в голове, пытаясь выстроиться в гневную, но стройную речь, которой я могла бы пристыдить, заклеймить и уничтожить своего врага.  Конечно, я понимала, что ничего не скажу ему: он наверняка меня даже не узнал. Но мне было важно для самой себя как-то оправдаться за свой детский страх, отыграться за годы бессилия и унижения – и заодно отомстить. За себя, за Ольку, за первоклашек и пятиклашек, за девочку со  сломанными ребрами, за учительницу труда, и за его несчастную  безмолвную забитую жену.

Тут автобус остановился в очередной раз, и Спирик отпустил руки. «Я выхожу», -- сказал он басом чуть виновато. – «Вы аккуратнее, а то задавят!» Я озадаченно посмотрела на него. Лицо квадратное, вокруг глаз морщинки, вместо вихров залысины. А глаза не пустые, чуть насмешливые и усталые. «Спасибо» -- пробормотала я, а он двинулся к выходу. Я глянула в открытую дверь автобуса. Черт! Я же тоже здесь выхожу! Хорошо, что   люди еще не успели сомкнуться в сплошной тесный комок   и мне удалось  выпрыгнуть на своей остановке.  Выскочила на морозный воздух и увидела, как широкая спина  Спирика двинулась в сторону девушки с мальчиком лет семи. Мальчик с квадратным красным лицом и вихрами, торчащими из-под кроличьей шапки-ушанки  прыгнул с разбегу на руки моему школьному врагу. А девушка – молодая женщина с красивыми,  искрящимися в свете фонарей глазами и румяными от мороза щеками, счастливо смеясь, подалась ему навстречу, поцеловала в щеку, схватила под руку, и они зашагали прочь, смеясь и разговаривая. Спирик периодически подбрасывал мальчика, чтобы усадить его на себе поудобнее, другой рукой обнимал отнюдь не бессловесную жену и – я уверена – широко улыбался. Я представила себе его улыбку очень хорошо.

Это было странно, потому что я никогда не видела Димку Спиридонова улыбающимся.
Tags: 365, литературный флешмоб
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments